Авраам

                   Давным-давно, когда Атон уже согревал цивилизованных египтян своими жизнеутверждающими лучами, а совсем древние греки и прародители будущих римлян доедали остатки мамонтов, прячась от мифических чудовищ по убогим пещерам, человек по имени Аврам, не в силах оплачивать ренту чиновникам из министерства сельского хозяйства округа Ур, принял судьбоносное решение. Он, собрав вместе с пожитками всех домочадцев, включая бомжей, примкнувших к его хозяйству, отправился навстречу новой жизни, не боясь стать в последующем гастарбайтером. Вместе с ним покинул родной шатёр и его отец Фарра, и племянник Лот, мечтавший о фривольном образе жизни в обществе людей, так как компания овец и коз ему порядком надоела. Надо сказать, что никто из домочадцев не был против этого путешествия, поскольку за билеты платил Аврам, а "олл инклюзив" сулило массу халявы.

                    Случилось это во времена правления царя Хамурапи, того самого Хамурапи, который распоряжался многими землями от Ура и Урука на юге вплоть до центральной Месопотамии на севере… Хамурапи был человеком не глупым, о чём можно судить по своду законов, увековеченному по его указу на гранитной стеле, которую раскопали в 1853 году французские археологи на месте древней парфянской столицы Сузы. Этот преинтереснейший документ возможно является прообразом первого уголовного кодекса в истории человечества, дошедшего до наших дней. В настоящее время он бережно хранится в Лувре. И весьма прискорбно осознавать, что ценнейший опыт человечества, отображённый на вышеупомянутой стеле, сегодня лице зреют лишь зеваки-туристы, не понимающие ни сути, ни содержания древних текстов. Но об этом позже.

                      Продолжу. Нам известны даты правления Хамурапи. Это 1780-1750 года до нашей эры. Предлагаю сделать закладку в этом месте повествования, поскольку данная информация является возможной точкой отсчёта для определения искомых дат ещё и потому, что совпадает со временем первого появления Аврама в Ханаане.

                      Итак, пока Хамурапи беззаботно царствовал, отмахиваясь от иностранных завоевателей, как от мух, Аврам добрался до северной границы Халдейского царства, и, дойдя до городка под названием Харран (современная Турция), решил немного передохнуть, а заодно и, посоветовавшись с отцом, решить куда дальше путь держать. Надо с прискорбием отметить, что отец Аврама был стар и, не выдержав столь тяжкого пути, почил в возрасте 205 лет (нам бы столько), так и не сказав сыну, что он думает по поводу "дальше". Долго скорбел Аврам, понимая всю невосполнимость утраты. Целый месяц утешала его любимая жена Сарай. Окружала супруга нежностью и любовью, прибегая к помощи молоденьких служанок.Тогда это ещё не считалось прелюбодеянием, поскольку Моисей ещё не явил Богом избранному народу десять главных заповедей, которые он пять веков спустя нацарапал на базальтовых табличках (скрижалях) по требованию Яхве.

                          Прошёл месяц. Домочадцы начали немножко волноваться по поводу своей дальнейшей судьбы, а Аврам, делая вид что знает и даже уверен в этом, потребовал оставить его одного в пустыне, дабы чуток отдохнуть от сварливых родственников и иже с ними. Оставшись наконец один, он три часа наслаждался тишиной, но вездесущие лучи Атона слегка испортили настроение подступившей жаждой. Известно, что резкое обезвоживание доводит человека до потери сознания. Бывают и смертельные случаи. Хвала Всевышнему, дело было на закате, поэтому Аврам оказался вовремя спасён от неминуемой гибели подоспевшими родственниками.

                         Придя в себя, он удивился насколько чётко запечатлелись в его памяти видения, явившиеся к нему в критический момент. Он созерцал как в живую представшего перед ним Создателя, сошедшего с Небес во всём своём величии. Он помнил каждое Его слово, несмотря на то, что Всевышний не раскрывал уста. "Неспроста это!" – догадался Аврам и решил выполнить всё, что требовал от него Бог, тем более, что в награду ему была дарована Земля обетованная с реками, текущими молоком и мёдом. Но самое главное - это его род, который отныне становился Богом избранным народом! Кстати, требовал Всевышний от Аврама совсем немного: уверовать, что Он(Бог) един; изменить имя, добавив всего одну букву; и в подтверждение заключённого с Создателем союза укоротить крайнюю плоть на несущественную длину.

Теперь Аврам стал называть себя Авраамом, а жене своей дал певуче-грассирующее имя Сарра.  И поскольку аналогичных имён ранее не слыхали в поселении, где жил Авраам, то местное население немедленно стало уважительно относиться к ним. Вам известно ещё с советских времён раболепское отношение народа к иностранцам. И если вы думаете, что в те времена было по-другому, так это вы неправильно думаете. Так пролетело полгода. Авраам продолжал щедро платить за "квартиру". Его уважали, и даже немножечко любили.

                        Но союз с Всевышним обязывал новоиспечённого пророка идти в Ханаан, дабы соблюсти , а заодно воочию убедиться в наличии молока и мёда. Авраам вновь собрал свой скарб вместе с нервничающими домочадцами и бомжами, присел на дорожку по старинной славянской традиции, и отправился туда, где сегодня имеет место быть государство Израиль, чтобы там арабы не говорили (кстати, их тогда в Ханаане не было и в помине). Не могу сказать, что появлению Авраама в Ханаане были несказанно рады местные аборигены. Скорее совсем наоборот. Случались даже кровавые потасовки, особенно у колодцев и других источников пресной воды. Но за Авраамом была такая "крыша", что где там современным мафиозо. Белый дом с Кремлём - это детский сад "Веснушка" из Южного Бутова. Короче говоря, Авраам пустил таки образные корни в песках северного Негева, в местечке под названием Беер Шева, что в переводе с арамейского означает "Семь колодцев". *Не путать с Учкудуком, где их было только три"- прим. автора. Почему именно в Беер Шеве? Элементарно! Это исключительно для того, чтобы благодарные потомки смогли соорудить на месте, где Авраам принимал утренние ванны, памятник с надписью - "Колодец Авраама". Возможно это сделано ещё и в честь первой в истории человечества попытки узаконить право на частную собственность. Не знаю. Может быть.

                           На этом можно было бы и закончить первую часть марлезонского балета, но тяжелейшая засуха вновь согнала Авраама и компанию с насиженных мест, заставив искать для того, чтобы выжить плодородный клочок земли  на территории сопряжённого с Ханааном государства Египет. Случилось это где-то между 1731-1724 годом до н.э. В то время Египтом правил фараон 13 династии Аменемхет VII. Известно, что египетская знать относилась к иностранцам с пренебрежением, считая весь мир, кроме Египта разумеется, вторым сортом. А про пастухов, коими являлись Авраам и его близкие родственники, вообще не было принято говорить в слух, особенно в покоях фараона. Но разве это проблема, когда имеешь самую козырную во вселенной крышу? Конечно, нет! И чтобы не предстать перед Создателем раньше времени, Авраам пошёл в Египет. На границе его обломали таможенники. Отняв "марафету на 10 тонн" и совершив акт лжесожжения незадекларированного товара, египетские стражи порядка накатили непрошеным гостям такого пинка, что Авраам невольно подумал: "А не забыл ли про меня Всевышний?" И, не получив ответной эсэмэски, он решил разрулить тему сам. Взял пять сантиметров бумажного эквивалента денег и предложил их самому толстому таможеннику, очевидно приняв его за "начальника Чукотки". Но не просто так говорят славянские удмурты: "На Бога надейся, однако если ты лох, то топором этого уже не вырубить". Это таки да. Толстый деньги у Авраама взял, считая это жестом доброй воли, но печать в ксиве ставить отказался, ссылаясь на недержание у старшего по званию и, очевидно, по должности тоже.

                          А тут, бывает же такое, как специально, на балкон своего шикарного особняка соизволил выйти Аменемхет VII. Весьма довольный употреблённым обедом и солнечным небосводом, он медленно, даже где-то лениво, осматривал свои владения.  Вдруг взгляд его упал на неземной красоты женское лицо (просьба не отождествлять с Фирой Гиршевной, дабы избежать неприятностей). "Это же ж кто и как?"- поперхнулся правитель от внезапно возникшего желания, сопровождаемого обильным слюновыделением. Со стороны он напоминал французского бульдога, которого пучило от голода. Ловя на лету желание живого Божества, шестёрки метнулись до Авраама с просьбой растолковать им, что это за фифа и почём будет потанцевать с ней "ламбаду". Авраам тут же смекнул, что за правду можно схлопотать по рогам, и представил посланникам фараона свою жену как сестру, которую много лет не видел и почти запамятовал за родственные связи с её мамой. Обрадовавшись ответу терпилы, приближённые Его Величества поспешили доложить изнывающему в нетерпении пахану за мазу конкретную и за фифу козырную. С трудом подобрав с мраморного пола упавшую от развратных мыслей челюсть, обалдевший фараон сделал тройной тулуп вприсядку на шпагат.

                         Так могло бы всё и разрешиться: жили бы "перешедшие через реку" в предместье Каира, торговали бы кошерными снимками Великой пирамиды Хуфу и ещё немножко печатали бы "древние" папирусы на мумиях первых фараонов. Ан нет. Именно тогда, когда Сарра прописалась в котедже фараона, а Авраам получил-таки вид на жительство, явился Он и потребовал от Авраама вернуться туда, где нет ни нефти, ни угля, ни воды, а есть и, наверное, еще долго будет халоймес с "двоюродными" племянниками Сарры по линии Агарь. Где все всё знают и умеют, но не хотят. Где было, есть и будет что есть, несмотря на рекомендации врачей-диетологов обходить стороной холодильник, особенно в темное время суток. Где Богом избранный народ, не найдя библейский рай, построил свой собственный, который ничуть не хуже оригинала.

Короче, Авраам забрал Сарру, вопреки её желанию, продал за полцены лавочку в Мемфисе, обменял местную валюту на мацу и чухнул в Ханаан.

 

На этом пока ша.

 Пойдём до Иосифа в гости.