А время-то идёт

Наикратчайший курс

                     истории КПСС

 

В начале славного пути,

По-детски веря в сказку,

На паровозные пути

Мы густо клали смазку.

Все точно знали, где-то есть

«Прекрасное далёко».

И, забывая про поесть,

Вогнали в голод Блока.

Пересажали всех подряд,

Чтоб не мешали «делу».

И превратился наш отряд

В рассадник беспредела.

А паровоз вперёд летел,

Спеша навстречу к Богу.

Все оказались не у дел.

Как?  Кончилась дорога.

 

Forward to the past

 

От Гутенберга до Цукерберга

Прогресс пронёсся, нас в беды ввергнув.

И отчуждение, цена познания,

Перевернуло людей сознание.

Напоминают собой баранов

Три миллиарда рабов экрана.

Забыв про буквы, страдальцы эти

Шлют иероглифы по планете.

И нет ни проще, ни примитивней

Неандертальца в сети активной.

От Цукерберга на выход двери.

Прогресс несёт нас опять в пещеры!

 

 

Увы, Андрей Вадимович

 

Сказал кумир, что этот мир прогнётся под нас.

Как жаль, что это только слова.

Протрёт наш мир джинсУ до дыр

В назначенный час. И завершится глава…

 

И хоть из кожи вон, не заменить светом тьмы

Колючим ритмом пламенных фраз.

Под этот вечный мир, увы, прогнемся лишь мы.

А мир продолжит дальше без нас.

 

 

Есть чем парировать?

 

Что скажете вы за прогресс сейчас?

Безумство эволюцией кичиться.

Ведь неизвестно, как потом лечиться.

Зачем же приближать финальный час?

Жизнь без того, как детская рубашка

Короткая. К тому же вся в какашках.

Опомнитесь, пока горит свеча…


 

Вопрос на миллион

 

Меня всё время мучает вопрос:

«Раз человеческая сущность неизменна,

Зачем народ стремиться к переменам?»

Любой «прогресс», он из созвездья грёз.

 

Мы сами усложняем нашу жизнь.

Потом стремимся упростить задачу.

Сплошное садо-мазо, не иначе.

Вопрос на миллион: «Зачем? Скажи».

 

Ответа, если честно, просто нет.

Нет, потому что нас не переделать.

Мы накаляем страсти до предела.

Насилуем безропотное тело,

Пока душа приемлет этот свет.

 

А надо бы, смакуя каждый час,

Бесценным даром жизни наслаждаться.

Не убеждать, а лично убеждаться,

Что для любви Всевышний создал нас!

 

 

Своего рода прогресс

 

«Знатоки роскошных дам

К оптимизму склонны редко» –

Первым заключил Адам,

Клея яблоки на ветку.

С той поры до наших дней

Усложнилась жизнь немножко:

Стали «знатоки» дурней

И дороже стали ножки.

 

Осенняя весна

 

«Как много девушек хороших!» –

Сказал мне в интерфейс Семён.

 

«Причём здесь рваные галоши?

Не про тебя «шоу маст гоу он».

Ты лучше о душе подумай.

И хоть концовка не близка,

Пора сменить кроссовки «Пума»

На тёплый шарфик ЦСКА.

 

Холестерин и аритмия,

Сто девяносто пять на сто.

Плюс общий цорес – пандемия!

Ты б пожалел своих глистов.

 

Шампусик, шери, Амаретто –

Слова давно минувших дней.

Уже и виски под запретом;

Пора бы придержать коней.

Зачем спешить навстречу к Богу,

Пусть это будет даже рай?

Жизнь – в одну сторону дорога,

Так что, дружище, выбирай:

Ва-банк на все, которых нету,

Ну, или погасить свечу?

 

А знаешь, к дьяволу советы!

Семён, я тож любви хочу!»

 

Очевидное

 

Предельно ясно: все мы не у дел.

Ну а раз так, кто нами хороводит?

И время у кого в служанках ходит?

Я б с Ним о жизни поболтать хотел.

«Зачем ты нас приводишь в этот мир?

Мне думается, чтоб поиздеваться.

Здороваться и сразу расставаться…

Лишённый сострадания сатир,

Ты ждёшь от нас любви, повиновенья.

Но коль уж наша жизнь всего мгновенье,

То сделай милость, не мешай в пути.

Нас не спросив, меняешь календарь.

Зачем? Там те же самые страницы.

И дней однообразных вереница

Ложится жертвой на судьбы алтарь.

Торопишь день, чтоб воцарилась ночь.

И тут же день грядущий ночь свергает.

Скажи, а перспектива есть другая?

Ответ не знаешь? Я могу помочь.

Нам, если честно, некуда спешить.

Нам бы рассветом вдоволь надышаться.

И не грустить. Ну, и не обижаться.

А просто полноценной жизнью жить».

 

Реакция на ложь

 

Я предлагаю выпить без тостА.

Я предлагаю выпить, не набраться.

Хотя, набраться тоже можно, братцы!

Жизнь, так и так, бесцельна и пуста.

 

Ну посудите сами, весь наш путь –

Написанная под копирку пьеса

С иллюзией различных интересов,

Не изменяющих при всём при этом суть.

 

Смешны потуги обнаружить смысл

В том, что вообще без смысла априори.

Бравурное звучание в миноре

Дуэта деревенских коромысел.

 

«Национальный танец египтян

Под скрежет устаревшей бормашины

На фоне пирамиды без вершины» –

Как говорит мой старый друг Костян.

 

Вам может показаться, я – «ку-ку».

Но я нормальный, смею вас заверить.

Я просто лжи отказываюсь верить.

Я – ёжик с аномалией в боку.

 

И к этому привыкнуть я бы смог,

Но моя правда – в заднице заноза

Для тех, кто чует в истине угрозу.

А с этим жить непросто, видит Бог.


 

На распутье

 

Я книги мудрые который год читаю.

Всё обнаружить истину пытаюсь.

Или хотя бы на вопрос ответ:

"Жизнь смыслом полнится или она пустая?"

 

А может быть ответа вовсе нет?

Летят года, как диких уток стая...

Но до сих пор не обнаружен след,

Тех мест, где истина является на свет.


 

 

Бессмысленный проект

 

Людские страсти – просто звук пустой.

Для Сущего наш целый мир – отстой.

Возможно, мы - лишь пирожка начинка.

 

Я вновь о том же. Знала бы личинка,

Что бабочкой не сможет вечно жить,

Наверняка не стала бы спешить

Свой кокон покидать, стремясь на волю.

Создатель как-то странно делит роли

В театре жизни, названном "Судьбой".

 

Итог один: покинет мир любой,

В него пришедший в первом акте пьесы.

Зачем всё это? Честно? Неизвестно.

И, кажется, давно признать пора,

Что явно не по правилам игра.

Что ни к чему любые наши знания,

Когда всё время вертится в сознании

Намеченный Создателем финал.

Уж лучше б человек того не знал.

 

Ведь проще жить, когда ты веришь в чудо.

Но переубеждать я вас не буду.

Чудес, как вам известно, вовсе нет.

Увы, так был устроен этот свет.

Бессмысленный проект по всем приметам:

Жизнь как бы есть и как бы её нету.

А что личинка? Ставши мотыльком,

По-прежнему летит навстречу свету.

 

 

Лучше гор могут быть только горы...

 

Я был в горах и слышал много «эх».

Они звучали не переставая,

Как монологи из того трамвая,

В котором плач перерастает в смех.

И медь трубы, и барабанный бой,

И рваный трепет боевого флага,

И стонущий от боли бедолага,

И ужас наводящий волчий вой…

Всё это голоса седых вершин.

Они хранят в своих архивах эхо

Адамова и Евиного смеха.

И приговор, который нас лишил

Того, что называют люди раем.

А горы, с эхом тыщи лет играя,

В восторг приводят абсолютно всех.


 

 

Каминные мистерии

 

                                  к Александру Блоку...

 

Расшевелив остывшие угли,

Я жара прежнего уже не обнаружил.

Процесс ушёл куда-то, а снаружи

Угли лишь тлеть без пламени могли.

 

Вот так и мы: вначале мы горим,

Спеша за мимолётным настоящим.

И глупо верим фантикам блестящим,

Сжигая чувства в пламени зари.

 

Нам кажется, что будет так всегда.

Что жар души не охладить вовеки.

Но мы, увы, всего лишь человеки.

Нам неподвластны годы и года.

 

КружАтся стрелки на часах, как балерины…

Погаснет пламя страсти, а душа,

В конце концов утратив прежний жар,

Исчезнет в пепле звёздного камина.

 

Несправедливо

 

Всё-таки жизнь наша странная штука.

Ведь никакая, заметьте, наука

Не в состоянии нас уберечь.

Знать о финале – уже ли не мука?

Как уходить, не поняв ни шиша?

Толку с того, что бессмертна душа,

Если, вернувшись, она не желает

Жизненный опыт дарить малышам.

 

 

Ну, признайтесь

 

Ведь мы лукавим, говоря о том,

Что ожидает лучшее потом.

Есть только то, что есть у нас сегодня.

Не потчуют там киевским тортОм.

 

Que vendra?

 

"Que vendra?" Негодует француженка ZAZ,

Что ответ на вопрос скрыт от ищущих глаз.

Впрочем, нет. Кое-что безусловно известно:

Час придёт и поступит "На выход!" приказ.

 

Это всё, что есть у нас

 

Вчерашнее исчезло в никуда,

А будущее в перспективе где-то.

Вы почему грустите, господа?

Позвольте дать вам парочку советов:

 

"Сегодня" это всё, что есть у нас.

И раз в прошедшее никак не возвратиться,

Спешите жить, любезные, сейчас.

Ведь будущее может и не сбыться.

 

 

Прав Хайям

 

Прав Хайям говоря, беден ты иль богат,

Глупый или философ, Ширин иль Фархад,

Три аршина земли ждут любого в итоге.

Никому не дано изменить результат.

 

А раз так, то мгновение жизни своей

Постарайся украсить гирляндами дней.

Дней,

   в которых одна лишь любовь торжествует.

Смысл жизни в любви.

                          Только в ней, только в ней.

 

 

И не поспоришь

 

"Просвети же скорее, о, мудрый Хайям!

Знать хотим, что потом уготовано нам:

Стать для мерзких

                      отхожих горшков материалом

Или может быть полным кувшином вина?"

 

Улыбнулся с портрета Хайям и сказал:

"Разве есть у горшка иль кувшина глаза?

Глупо думать над тем, чем нас вылепит зодчий.

Никого не вернули назад Небеса".


 

Марианская впадина

 

Вроде всё то же: жизнь за окном,

Лица прохожих, солнечно, но

Гложет сомненье. А почему?

Может стремления все ни к чему?

Может не к месту гул проводов,

Если известий ждать не готов?

Может не надо тех перемен,

Если в награду рабство и тлен?

Если твой голос – жалобный стон,

Слабое соло в стае ворон?

Если основу не поменять?

Если подковы нет у коня?

Если «князья» попирают закон?

Если нельзя перейти Рубикон?

«Может», «Наверно», «Да или нет».

Все это скверно, если ответ

Скрыт навсегда за завесой из лжи.

Трудно представить, как можно так жить.

 

Мир изменяем, жжём корабли.

Честно, не знаю, правильно ли.